Восстановим порушенные святыни Восстановим порушенные святыни

Вопрос. Зачем надо молиться по молитвослову?

Ответ. Молитва — обращение человека к Богу, одна из важнейших составляющих духовной жизни христианина. Самую первую по времени появления христианскую молитву мы находим в Евангелии — это молитва «Отче наш». Ее дает апостолам Сам Христос в ответ на их просьбу: «Господи, научи нас молиться, как и Иоанн научил своих учеников» (Лк: 11,1). В этой просьбе мы видим два существенных момента: первый — ученики признают свое неумение молиться и необходимость помощи в научении, приводя в пример Иоанна Крестителя (из чего видно, что это было делом вполне обычным). И второй момент — Господь признает их просьбу правильной и откликается на нее. Молитвы, написанные в молитвослове, составлены людьми святыми и являются плодом их многолетней подвижнической жизни. Если проводить аналогию с обучением музыке, к примеру — игре на скрипке, - человек берет в руки инструмент и играет отнюдь не свои произведения. Через это происходит его знакомство с музыкой, обучение, погружение в традицию музыкальной культуры. Редкие гении после многих лет обучения составляют и свои произведения, из которых проверку временем выдерживает лишь малая часть. И эта часть пополнит сокровищницу традиции. Играя не свои произведения, человек вначале думает о правильности формы, впоследствии начинает понимать и внутренний строй произведения. Много позже — те мысли и чувства, которые заложил туда их создатель. А что будет, если кто-то под предлогом нежелания формальностей захочет сразу играть свое и только свое? Не будет ни обучения, ни развития. То же самое, и даже еще в большей степени, можно сказать и о молитве. Конечно можно и нужно обращаться к Богу своими словами. Но это отнюдь не отменяет молитву по молитвослову. Этим путем шли все преуспевшии в православии христиане.

Вопрос. Что делать, если молитвы, Евангелие, писания святых отцов непонятны?

Ответ. Расскажу один случай из нашей приходской жизни. Обратилась ко мне бабушка, которой на тот момент было далеко за 70 лет, с такой проблемой: читая беседы преподобного Макария Египетского о духовной жизни, она не все понимает. Надо заметить, что бабушка эта по случаю войны не успела закончить восьмилетнюю школу, а потом всю жизнь работала простой рабочей и доучиваться ей было некогда. Назначил я ей время для беседы и попросил взять с собой книгу. А про себя подумал: «Ну что ж, придется крепко помолиться преподобному о вразумлении и меня, и ее». Ведь творения преподобного Макария далеко не все семинаристы читают. Оказалось все гораздо проще. Не понимала она всего несколько сугубо специфических терминов, например в предисловии рассматривалось обвинение писаний преподобного в мессалианстве (непонятный для нее термин). В целом же основной строй мыслей святого она понимала вполне. На мой вопрос, сколько раз и как она читала и как она добилась такого понимания, вначале ответить она не смогла — засмущалась. А потом рассказала, что перед чтением она успокоится, попьет чайку, помолится Богу о вразумлении. Потом помолится тому святому, чью книгу собирается читать: «Святой угодниче Божий, помоги мне понять то, что ты написал, и пусть будет мне на пользу душе». А после читает не спеша. Воистину, дорогу осилит идущий! Я бы сюда добавил, что хорошо делать на полях пометки карандашом и раз в неделю обращаться к священнику того храма, куда Вы ходите, за разъяснениями. Можно смотреть и уже написанные толкования.

Вопрос. Почему в четырех Евангелиях есть разница между собой?

Ответ. Как ни парадоксально на первый взгляд, это одно из доказательств их истинности. Евангелия написаны не одновременно, а с некоторой разницей во времени, по прошествии лет со дня описываемых событий разными людьми, которые не сообщались между собой в момент написания. В главном они абсолютно идентичны. Все четыре евангелиста одинаково говорят о приходе в мир Спасителя, времени и месте Его Рождения, выхода на проповедь, гранях Его служения, о последних днях земного служения, особенностях Его осуждения на смерть, Кресте и Воскресении. В чем разница? В выделении некоторых особенностей Евангельских событий. Это связано со спецификой человеческого восприятия, или, говоря научным языком, когнитивными особенностями личности. Поясню на примере. Четыре человека на автомобиле совершили поездку на богомолье в монастырь. Сразу по приезду попросите их, сидя в разных комнатах, подробно описать поездку. А потом сравните рассказы. Вы обнаружите как сходное, так и различное. Сходными будут ключевые моменты: поездка, автомобиль, монастырь, богослужение, святыни. А вот частности — кто-то отметит время утреннего подъема, а кто-то погоду на улице; водитель, может быть, - как он готовил машину к поездке и так далее. Вот тоже самое и с четырьмя Евангелиями. Когда мы говорим, что они написаны Духом Святым, мы не утверждаем, что они написаны под диктовку или в состоянии транса. Личностные особенности евангелистов сохраняются и видны в стилистике изложения, а не в самой сути Благой Вести.

Вопрос. У меня есть неверующие друзья, которые утверждают, что Библия неоднократно переписывалась в угоду людям. Это утверждение смущает моих детей. Можно ли что-то здесь возразить, кроме как аппелировать к вере?

Ответ. Да, конечно можно. Я и сам неоднократно встречался с подобными заявлениями. В подобного рода высказываниях поражает агрессивное невежество вкупе с самоуверенностью. Если такие высказывания могли быть отчасти извинительными в 18 веке, когда еще не до конца сформировался научный метод в гуманитарных науках, то уже к концу 19 века — это явный анахронизм. В 20 веке в лоне науки «История» сформировались и методы доказательств, и научные подходы, и даже особая дисциплина — источниковедение. Не познакомившись с этим хотя бы в общих чертах, делать такие заявления просто стыдно. Я позволил себе некоторую эмоциональность для того, чтобы подчеркнуть — данные высказывания с наукой никак не связаны. Это просто лозунги, за которыми стоит антихристианская идеология. Если бы в научной среде, ну хотя бы на уровне студента первого курса исторического факультета какого-нибудь вуза при защите реферата этот гипотетический студент сказал, что, к примеру, «Энеида» Вергилия была неоднократно переписана, что бы он услышал? Прозвучало бы прозаичное требование: «Коллега, обоснуйте!». Обоснование предполагает, что мы предъявляем по периодам разные тексты произведения и указываем, в каком веке было внесено изменение, в чем существенном оно заключалось, была ли это случайная ошибка переписчика или это закрепилось в последствии, как это изменило общий смысл текста и так далее, далее, далее… Ни один из утверждавших, то что Библия неоднократно переписывалась в угоду людям, в разговоре со мной не то что не смог ответить ни на один из этих вопросов, а даже просто не был готов к такому подходу. В ответ на вопрос, откуда же они тогда знают, что Писание искажено, я получал удивительно похожие ответы: «Ну это и так понятно, столько времени прошло. А вот Вы докажите, что не искажалось!». Что ж, попробуем показать, что по векам — насколько хватает взгляда — мы действительно, имеем идентичные тексты Писания. Для этого проследим историю появления Евангелия в разных странах. В Лондоне хранится Евангелие из Линдисфарна, написанное около 715 года в Нортумбрии (одно из королевств, основанное англами после их переселения на Британские острова в VI веке) ирландскими монахами. Написано на латыни, впоследствии переведено на старо-английский язык, послужило образцом для последующих английских переписчиков. Зографское Евангелие — написано в начале IX века для нужд славянских стран в Болгарии глаголическим шрифтом, то есть до проповеди святых Кирилла и Мефодия. Хранилось в болгарском монастыре Зограф на Афоне, в XIX веке перевезено в город Санкт-Петербург, где находится и поныне. Остромирово Евангелие — первое из известных Евангелий, появившееся на Руси. Было написано для новгородского посадника Остромира в 1056 — 1057 году, послужило образцом для последующих переписчиков. В конце XVI века был выпущен первый полный русский текст Библии, известный как Острожская Библия (по имени основного вдохновителя ее выпуска князя Константина Острожского, жившего во Львове и боровшегося с унией за сохранение Православия на Западной Украине и в Белоруссии). Фотографии листов этой Библии с вполне читаемым текстом сейчас можно посмотреть в сети Интернет. Во всех вышеназванных и огромном числе неназванных источников мы не встречаем никакой существенной разницы, в том числе, по сравнению с современным церковно-славянским текстом. Под несущественной разницей можно понимать замену вышедших из употребления слов на новые, аналогичные по смыслу. Например, в Остромировом Евангелии мы читаем: «Искони бе слово» (Ин 1,1). В 18 веке слово «Искони» было заменено на более понятное «Вначале», - и то, и другое, по сути, является адекватным переводом греческого «Эн архэ». О самых ранних Евангелиях, многие из которых не сохранились, мы знаем , в том числе, из косвенных источников. Огромное цитирование разных мест мужами апостольскими (II век н. э.), апологетами (III век), отцами первого и второго Вселенских Соборов, в том числе в личной переписке (IV век) с убедительностью доказывают, что никаких искажений не было. Это миф, не обоснованный ничем, кроме сильного желания подвергнуть сомнению веру Церкви. Ведь подвергая сомнению Евангелие, подвергается сомнению историчность Христа, Его слов, Креста, Воскресения, основание Таинства Евхаристии и так далее. Проводится попытка десакрализации всего Христианства, Церковь объявляется в лучшем случае сообществом единомышленников (а в худшем — просто бюрократической организацией), исторически эволюционизирующих и приспосабливающих само учение под изменившийся культурно-исторический фон эпохи. На деле же происходило с точностью до наоборот. Христиане с величайшим тщанием хранили Евангелие, во время гонений берегли его и приносили в собрание из тайников, чтобы по окончании богослужения унести обратно. Переписывать доверяли особо проверенным людям, которые употребляли большое старание, боясь погрешить в этом великом деле. Да и изменить Евангелие под себя во время уже II – III вв было практически невозможно: христианство очень быстро распространилось по всей Римской империи и шагнуло за ее пределы, дошло до Индии и Кавказа. Для искажения Евангелия надо было как-то договорится со всеми общинами в разных странах и сделать это одновременно и незаметно для рядовых верующих — иначе не избежать раскола. И все это во времена гонений, отсутствия современных коммуникаций и централизованного управления!

Так обстоит дело с Новым заветом. А что же Ветхий Завет? Есть ли доказательства его неповрежденности? Есть. Занимаются этим науки библеистика и церковная археология. Особенностью Ветхого завета является то, что канон складывался в течение многих столетий, книги писались в разных странах. Поэтому для подробного ознакомления с данной темой не хватит и солидной книги, желающих ознакомиться отсылаю к монографиям и исследованиям вышеназванных наук. Но чтобы совсем не быть голословным, упомяну об одном доказательстве, дошедшем до нас из глубины веков. Речь идет о Кумранских свитках. В 1947 году один араб-охотник в палестинской пустыне набрел на пещеру, в которой в глиняных сосудах хранились какие-то свитки с текстами на древнееврейском языке. Нельзя сказать, что до этого ничего подобного здесь не находили. Еще Ориген в III веке упоминает о свитках, которые он находил в Палестине; около 800 года один пастух-араб тоже находил их и даже пытался продать, но тогда его находка не вызвала интереса. В XIX веке подобные свитки были обнаружены в архиве библиотеки каирской синагоги. Но своего часа свитки дождались лишь в середине XX века, когда необходимого уровня достигли и археология, и лингвистика, и естественные науки. Подробно не буду останавливаться на истории раскопок в Кумране. Это хотя и интересно, но уведет нас от темы. На данный момент обнаружено 12 пещер с общим количеством фрагментов текстов чуть более 25 тысяч от 574 рукописей. Это религиозные тексты, примерно одна четверть — канонические книги Библии Ветхого Завета. Графологические исследования обнаружили более 500 видов почерка, что позволило утверждать о наличии многих переписчиков. Основная масса свитков — на пергаменте, текст написан чернилами. В окрестностях самого Кумрана при раскопках было обнаружено всего 2 чернильницы, то есть тексты были принесены из других мест. Датировка их написания — II век до н.э. - I век н.э. Долгое время считалось, что библиотека принадлежала общине ессеев. Но ввиду малочисленности домов и прочих построек, найденных рядом с этой огромной библиотекой, сейчас также высказывается предположение о том, что это — загородное поместье зажиточного иудея, возможно — саддукея, который перед разрушением Иерусалима вывез и спрятал в пещерах часть храмовой библиотеки. Как обстоит дело, пусть выясняют историки и археологи. Для нас же важны сами тексты. К примеру, текст книги пророка Исайи сохранился в полном объеме. При сравнении с современным текстом Библии отличия не обнаружены. Пророк Исайя для нас важен еще и тем, что его называют ветхозаветным евангелистом за обилие пророчеств о Христе. В частности, в 53 главе книги пророка Исайи, написанной задолго до рождества Спасителя, мы читаем настолько подробное описание крестной смерти Христа, как если бы сам пророк был современником Христа и ходил за Ним вместе с апостолами. Имеющий уши слышать да слышит!

Вопрос. Часто приходится слышать от педагогов, психологов, в том числе и в церковной среде, что если мы до определенного возраста не научили ребенка чему-то (при этом возраст указывается разный), то он уже не сможет измениться и будет таким до конца жизни. Правда ли это?

Ответ. Для того, чтобы ответ опирался на фундамент, а не повис в воздухе, давайте кратко рассмотрим, когда и как появились такие идеи. Английский философ Джон Локк (1632 - 1704) первый в Новое время наиболее ясно высказал идею о том, что человек при рождении — чистая доска, на которой последующие события оставляют свои «письмена». Он также утверждал, что в разуме человека нет ничего, чего бы не было в опыте (под разумом он понимал всю психическую жизнь человека, а духовную отрицал вообще). Еще Лейбниц, который был его современником, достаточно жестко его критиковал. Лейбниц ответил на приведенное выше утверждение о том, что в разуме человека нет ничего, чего бы не было в опыте: «Кроме самого разума». Критиковали его много и в последствии, но идеи Локка пришлись ко двору зарождающемуся материализму. Через французских философов-просветителей они проникли в педагогику. Один из них, П. Кабанис (1757 — 1808), в своем труде «Отношения между физической и нравственной природой человека» прямо пишет, что человеческий мозг переваривая впечатления, органически выделяет мысль, так же как печень выделяет желчь. Сводя, таким образом, душу человека к набору рефлексов. В психологии наиболее ярко подобные идеи представлены в направлении, называемом бихевиоризм. Это направление далеко не единственное и не ведущее в психологии, представлено в основном трудами американских психологов. (Часто по ошибке акдемика Павлова причисляют к бихевиористам. Хотя они пользуются его терминологией, сам он себя таковым не признавал. Он изучал возможности выработки условного рефлекса у животных, но при этом никогда не сводил всю психическую жизнь к рефлексу, и уж тем более не отрицал существование души). Один из основателей бихевиоризма в Америке Дж. Уотсон говорил: «Дайте мне здоровых малышей, и предоставьте соответствующие условия, и я сделаю из них любого специалиста: врача, актера, преуспевающего бизнесмена, лавочника или вора и бродягу. Это я вам гарантирую». Ничего общего эта идея с христианством, конечно, не имеет. В Евангелии Господь, обращаясь в массе своей ко взрослым, призывает их к покаянию, к перемене ума, сердца, привычек и всего уклада жизни. По теории бихевиоризма это абсолютно невозможно. Что толку призывать неизлечимо больного к лечению? Только посмеяться над ним! Облегчить страдания, чуть подлечить можно, а вот исцелить — нельзя. Это по теории бихевиоризма. А в христианстве Господь признает за нами вполне реальную свободу измениться. Не только Господь в Евангелии — апостол Павел в своих посланиях, святые отцы в своих писаниях, современные епископы и простые священники делают тоже самое — призывают людей к изменению. Можно рассмотреть эту идею в свете христианства и с другой стороны. Первые люди Адам и Ева были созданы непорочными, находились под водительством Бога. Почему же они согрешили? По своему произволу. Так они реализовали свою возможность выбора, этот выбор был сделан не в забытьи. В окончательном обращении искусителя к Еве: «И сказал змей жене: нет, не умрете, но знает Бог, что в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете как боги, знающие добро и зло» (Быт. 3, 4-5). Змей прямо противопоставляет слова Бога и свои, и Ева грешит, в здравом уме и твердой памяти, за ней и Адам. Здесь явно «пробуксовывает» теория научения. Бог — неизмеримо мудрее, добрее, сильнее сатаны. Его научение — и по времени, и по глубине проникновения первое. Но сильнее веления Бога становится произвол наших прародителей, то есть злое употребление свободы. Попутно заметим, что Адам пытается оправдать свой грех в парадигме, напоминающей бихевиоризм. Он отказывается от ответственности за личную свободу, и причину «находит» в воспитании и окружении. «Адам сказал: жена, которую Ты мне дал, она мне дала от дерева, и я ел.» (Быт. 3, 12). По учению Церкви, человек рождается поврежденным грехом также, как наследственной болезнью. Образ Божий в нем хоть и поврежден, но не убит, и эта болезнь может быть исцелена во Христе, если захочет сам человек именно потому, что сохраняется принцип свободы. Преподобная Мария Египетская, как она сама свидетельствует, до 12 лет воспитывалась не дурно. Что заставило ее уйти из дома? Подобная постановка вопроса предполагает, что человек — не более как высокоорганизованный биологический автомат, который работает по схеме: S → R, где S – стимул, R – реакция. Такой подход лишает всякого смысла разговоры о человеке как о личности и имеет смысл лишь поиск причинно-следственной связи. Если автомат не так запрограммировали, надо найти ошибку и перепрограммировать. Продолжим пример преподобной Марии Египетской. Живя с 12 до 29 лет в великом распутстве, наработав определенные привычки, как она смогла стать выше преподобного аввы Зосимы, с младенческих пелен преуспевавшего в жизни христианской? Ответом может быть только христианское учение о свободе человека в соединении с милостью Божией. Мы конечно оказываем друг на друга влияние, порой весьма существенное. Мы непременно должны стараться воспитывать детей в любви, заботе и мудрости, прививать им определенные навыки. Но конечный результат не зависит даже от Бога (вспомним Адама и Еву), что уж о нас говорить? Этот результат — выбор человеком пути своей жизни. Мы же можем помогать или мешать, но не определять. Если по немощи, по страстям, по незнанию или неопытности мы в каком-то возрасте, где формируются структуры взаимодействия ребенка с окружающим миром что-то сделали не так, не надо отчаиваться и унывать. Надо продолжать работать над собой, влиять на ребенка (даже если он уже вырос), просить благодати и сил от Господа.

Вопрос. Почему так важно верить в догматы Церкви? Из-за них столько споров, что это напоминает часто споры в стране Лилипутии, с какого конца чистить яйцо, с тупого или с острого.

Ответ. Верим мы в Бога. Но стоит сюда добавить — Господа Иисуса Христа, нашего Спасителя, нас ради принявшего крестную смерть и воскресшаго — мы уже проговорили четыре догмата Церкви, или четыре определения веры. Из этого маленького примера видно, что любая вера, как только она хоть чуть определяет предмет веры, «впадает в догматизм». То есть, конкретизируя свою веру, переходя от веры вообще к вере во что-то и Кого-то, мы тем самым определяем предмет своей веры, ставим предел тому, во что мы верим и тому, во что мы не верим. Ибо бывают духи и не от Бога, сатана тоже дух, не вещь и не просто идея. Если мы верим в Евангельского Христа, нелогично не доверять Его словам: «Все, кто пришел прежде Меня, есть воры и разбойники, но не послушали их овцы. Я есть дверь. Если кто войдет Мною, спасется» (Ин. 10, 8-9). Важно понимать, что Церковь не придумывает догматы. По какой причине собрался апостольский собор в Иерусалиме в 53 году? По причине разногласий в практике приема в Церковь представителей других народов — надо ли им принимать обрезание и исполнять закон Моисеев. Апостолы совещались о том, какая практика будет соответствовать тому, что заповедал Христос, и что раскрылось в жизни первой христианской общины Духом Святым. По какой причине был созван первый Вселенский собор в Никее в 325 году? По поводу мнения александрийского пресвитера Ария и его последователей, что Христос — не Бог, а творение Божие, пусть особенное и высшее всех, но творение. Разобрав учение Ария, святые отцы заключили, что оно противоречит Евангелию и учению Церкви. Но надо было согласовать это с верой в единобожие и, насколько в человеческих силах, объяснить. Весь четвертый век Церковь была занята проблематикой Святой Троицы. В результате мы получили выражение нашей веры в основном догмате христианства: Бог Един по существу, и Троичен в Лицах. Четвертый вселенский собор собрался по поводу разногласий о способе соединения природ во Христе, Божественной и человеческой. Но уж это, казалось бы, совсем не нужный повод. Отметим еще одну грань: догматы появляются тогда, когда кто-то начинает высказываться о предметах веры неправильно. Может быть, и лучше было бы не конкретизировать какие-то вещи, но идея — не воробей. И выпущенная ересь (дословно — разномыслие) начинает смущать умы яркостью, часто - конкретностью и понятностью. Истинное учение кажется недоработанным или неверным. Вот тогда-то и надо встать на защиту от лжи. Надо понимать, что вернуться в ту точку, когда ничего не было сказано и просто объявить споры вредными (что неоднократно пытались сделать императоры в эпоху Вселенских соборов), уже не получится. Идея уже зажила своей жизнью, и на нее Церковь должна дать ответ, положительный или отрицательный. Что же касается соединения природ во Христе, история показала важность правильного понимания. Если, как утверждают монофизиты, после воплощения Христа Его Божественная природа, будучи высшей, растворила в себе человеческую, так что человеческая природа не действует, тогда путь следования за Христом подразумевает убить в себе все человеческое. Но это уже не христианская аскетика. Евангельский Христос, претворяющий воду в вино на браке в Кане галилейской и плачущий над гробом своего друга Лазаря, в такую аскетику явно не вписывается. От того, как мы себе представляем Бога, во многом зависят и наши действия на пути к Нему. В повседневной деятельности от того, что мы хотим построить — коровник, храм, многоэтажный дом или воздушный замок, - будет зависеть и проект, и выбор материалов, и определение технологий постройки. Так и в духовной жизни догматы — путеводный маяк в повседневной жизни Церкви. При этом конкретный рабочий при постройке дома может и не знать всех тонкостей; Так и конкретный член Церкви может не разбираться в тонкостях догматов, для него важно принадлежать к Единой Соборной Апостольской Православной Церкви, участвовать в Ее Таинствах, и лично не исповедывать ложных догматов.